Работа штабов временно приостановлена с 26 апреля

Прелести и секреты волгоградского спецприемника

Измени Россию — начни со спецприёмника. Испугавшись протестов, власти распихали сотни людей по спецприёмникам. Наши сотрудники не удержались и провели расследование прямо оттуда.

Нашего координатора и его помощницу задержали за день до митинга 23 января и арестовали на 7 суток за организацию протестов. Составление протокола и суд прошли в один день, и вечером они уже были в специальном приемнике. Некоторым «повезло» не так сильно. Наш сторонник Антон, например, больше суток провёл в обезьяннике отдела полиции, а там условия содержания гораздо хуже. Он пробыл там около 30 часов, его не кормили, и, по его словам, держали в камере с клопами.

Когда наших сотрудников привезли в спецприёмник, дежурный пошутил, что кормят там как в лучших волгоградских ресторанах. Но вряд ли в ресторане «Маяк» пять дней подряд подают манную кашу и огромный ломоть хлеба.

Мы нашли контракт на поставку питания в спецприемник и сравнили его с реальностью.
Евгений:Давай сделаем так: ты будешь вспоминать ту божественную пищу, которую тебе приносили, а я буду говорить совпадает это с меню или нет.
Антон:Да, давай.
Евгений:Вторник, утро.
Антон:Перловка или рис.
Евгений:Хорошо, обед?
Антон:Большая рыбная котлета с макарошками. Был суп, но я не помню какой, он такой маслянистый, такой жирный.
Евгений:Так вот, во вторник тебе должна была быть уха и макароны с мясом. То есть не с котлетой какой-то перерубленной непонятно из чего, а с мясом. Что было на ужин?
Антон:На ужин чаще всего были макароны с сосиской.
Евгений:Самое интересное, что глядя на рацион по контракту, сосисок вообще быть не должно. Исходя из этих данных, мы на ужин должны есть азу с говядиной.

И такая картина по всему рациону, который прописан в контракте. Некоторых продуктов мы не увидели вообще.

Евгений:Вот, например, лапша с молоком не подавалась никогда. Я помню только манную кашу.
Оператор за кадром: Я на 7 суток туда попала, и 6 из них я ела манную кашу по утрам.
Евгений: Горохового супа не было… А давай мы предположим, почему этого не было?

А вот почему. На закупку вышли две компании, и обе снизили цену больше чем в два раза. Вместо миллиона компания «Союз-К» предложила готовить для арестантов всего за 500 тысяч. Если посмотреть все закупки её конкурента Владимира Степановича Цуцунавы, то можно увидеть, что он всегда конкурирует с «Союз-К», и часто падение цены составляет больше 50%.

Начальная цена закупки взята не с потолка, её рассчитывали из примерного количества арестантов и цены продуктов, а также дневной нормы питания на одного человека. «Союз-К» обеспечили себе победу, но в меню пришлось ужиматься.

Представьте, сколько денег можно сэкономить, если вместо гречки по 70 и гороха по 19, закупать манку по 26 рублей. Рыбу тоже не купили. Сэкономили еще 90 рублей за килограмм.

Евгений:Каждый день два вида хлеба. Ты помнишь два вида хлеба? Какой ты хлеб помнишь?
Антон:Белый. Четверть или треть буханки.

По контракту хлеб должен быть пшеничный и ржаной, но рожь в стране, видать, дефицитная — стоит на целых 2 рубля дороже!
Забавный факт: дневная норма для мужчин и женщин отличается. Женщинам положено на 50 грамм меньше картофеля, но на 50 грамм больше молока, чем мужчинам. Баландёры, конечно, над этим не заморачивались и приносили всем еду в одинаковых контейнерах.

А над чем ещё не заморачивается администрация спецприёмника? И на чём ещё экономит поставщик? Им не мешало бы самим провести несколько дней в камере, чтобы относиться к своей работе более ответственно.

Кроме махинаций с питанием, которые так и остались незамеченными заказчиком, Управление МВД по Волгограду три месяца не стирало постельное бельё. Последний контракт истёк 18 декабря 2020 года, а нового поставщика бросились искать только в конце февраля. Во время нашего ареста у большинства арестантов вообще не было никакого белья.

Из приятного, в волгоградском спецприёмнике довольно внимательные и добрые сотрудники полиции. Они же «коридорные». Для сравнения, в Егорьевске, куда доставляли москвичей, не давали воды, а в камерах было холодно. Об этом в специальных чатах сообщали сами арестанты. А ещё хорошее отопление. Настолько хорошее, что лица без жилья зимой специально пытаются попасть сюда за мелкие правонарушения.

В отличие от условий, в которых содержался главред «Медиазоны» Сергей Смирнов, у нас ещё не всё так плохо. В Сахарово вместо туалета была ничем не прикрытая дырка в полу, прямо под камерой видеонаблюдения и на глазах у соседей.

Камера в московском Сахарово

Камера в московском Сахарово

Сергей Смирнов с сокамерниками

Сергей Смирнов с сокамерниками

Координаторы штабов из Казани, Перми и других городов жили в таких же условиях. С этим правозащитники борются уже почти 30 лет. В Волгограде получше. В каждой камере есть полноценные туалеты площадью 1-2 квадратных метра. Одним словом, и на том спасибо.

Быт в спецприемнике очень простой: железные кровати, стол с лавочкой, две железных тумбочки, раковина и туалет. Сантехника изношена, зато в кране есть горячая вода. Пить оттуда мы не советуем.

Камера пермского спецприемника, где сидел координатор местного штаба Навального Сергей Ухов (это его рисунок)

Камера пермского спецприемника, где сидел координатор местного штаба Навального Сергей Ухов (это его рисунок)

Телефон вам не дадут, будете пользоваться служебным. Поэтому лучше знать важные номера наизусть или записать их на листочек. Попросите передачку. Каждому арестанту положено передавать до 30 кг. вещей и продуктов.

Вот так. Бояться в спецприёмнике особо нечего, но стоит помнить, что каждый день незаконного ареста — всё ещё день незаконного ареста. Если вы оказались там просто за то, что вышли на улицу во время мирной протестной акции (а, может быть, даже и не выходили), значит власть вас боится. А трусливая власть — это вовсе не власть. И однажды она закончится.

Чтобы приблизить день, когда конструктивная критика власти перестанет быть преступлением, регистрируйтесь в «Умном голосовании». Уже в этом году будут выборы в Госдуму и нам предстоит прогнать оттуда как можно больше единороссов.