Работа штабов временно приостановлена с 26 апреля

Диалог вместо митингов

Власти республики заверяют, что диалог — лучше митингов. Возможно, это так, но вот только сами власти на этот диалог идут неохотно.

«Давайте вести диалог, искать точки соприкосновения», — говорят нам татарстанские власти после двух крупнейших акций протеста за всю новейшую историю Казани.

description

description

Особенно отличился министр по делам молодёжи Дамир Фаттахов.

description

description

Даже пришёл на акцию, но быстро оттуда сбежал в своЙ кабинет. Видимо, не очень хотел смотреть, как задерживают казанцев на мирном протесте.

Идея Фаттахова проста: сделать существующие политические площадки для молодежи ещё более «доступными, гласными и открытыми». Дескать, вот где молодые люди должны обсуждать насущные проблемы, а не на этих ваших митингах и шествиях.

description

description

Фаттахов также хочет, чтобы недовольные перебрались в Молодёжный парламент.

description

description

Если вы о таком не слышали — не удивляйтесь. Просто он, по сути, ничем не занимается и нужен… да мы и сами не знаем, зачем он нужен.

description

description

Возглавляет молодёжное ведомство Нина Шимина.

description

description

В интервью студенческому журналу «Ветер» оправдывала коррупцию Минниханова, мол, зачем считать чужие деньги.

description

description

Шимина, видимо, не понимает, что деньги вовсе не чужие, а бюджетные. В общем, виляла и уходила от ответа, как только могла. Получилось так себе.

В общем, Молодёжный парламент определенно не та площадка, где стали бы обсуждать коррупцию президента Татарстана или мэра Казани. Это понятно со слов главы Шиминой. Про политзаключённых там тоже не будут говорить, хотя именно эти темы были одни из ключевых на прошедших акциях. И пока во главе ведомства стоит эта женщина, ситуация для молодёжи там не поменяется.

description

description

Но вернемся к министру. Дамир Фаттахов сказал и другую не менее удивительную вещь. Мол, чего это вы на несанкционированные шествия выходите, давайте согласовывайте с мэрией. Тут министру хочется объяснить две довольно простые вещи.

Во-первых, и Конституция России и Конституция Татарстана гарантируют право на мирные собрания и шествия. Именно такими и были эти акции.

description

description

Во-вторых, не бывает несанкционированных митингов — пожалуйста, запомните это. Когда мы идём в исполком, мы подаём уведомление о мероприятии. Это именно уведомление: то есть мы говорим властям города, что акция пройдёт там-то, просим обеспечить безопасность. Это не просьба разрешить нам выходить, это информирование. Чиновники не могут ничего запретить: они могут только предложить другое место или время. И часто этим пользуются, отправляя людей на задворки Казани.

description

description

Но ещё чаще они по беспределу отказывают вовсе, придумывая какие-то отмазки.

Это незаконно, и мы сталкивались с этим постоянно на протяжении четырёх лет нашей работы.

description

description

Что же вы думаете произойдёт, если мы уведомим о проведении мирного шествия в центре? Очевидно, власти этого не позволят. И будьте уверены, все эти годы мы что только не пробовали. Так что Дамир Фаттахов либо придуривается, либо не в курсе, что оппозиционные шествия провести почти что невозможно, хотя априори они разрешены Конституцией.

description

description

Но и на этом чудности не закончились. Пока наш координатор сидел в околотке незаконных десять суток, Фаттахов решил встретиться с участниками митинга.

description

description

Причём два раза. Никого на эту встречу из нашего штаба, конечно же, не позвали. Более того, туда в целом никого не приглашали, попали только те, кто написал Фаттахову в личные сообщения. Как работала это выборка — непонятно. О месте встречи или времени тоже не было ничего известно. И это после того, как министр долго и бурно что-то говорил про «публичную политику».

На встрече говорили всё то же самое: несанкционированным митингам — нет, диалогу — да.

description

description

А потом, по итогам встречи, Фаттахов и вовсе написал какую-то чушь: мол, благодаря диалогу общества мы построили все эти прекрасные парки. Это, конечно, странно.

description

description

Мы ему про политзаключенных, сломанную судебную систему и воровство чиновников, а он нам про парки и дворы.

description

description

Но раз эта мантра про диалоги так нравится Фаттахову, давайте вспомним про них, у нас их было бесконечное множество. Давайте вспомним, как мы бесчисленное количество раз призывали ответить мэра Казани, откуда у него недвижимости на полмиллиарда рублей и коллекция дорогостоящих часов?

description

description

Даже караулили его около казгордумы, но мэр трусливо сбежал.

Диалог? Не очень похоже на то. Точно такая же ситуация и с президентом Рустамом Миннихановым, который до сих отмалчивается и про свои дома, и про свои квартиры, и про свой бизнес-джет.

description

description

Давайте вспомним, как власти республики десятки лет бессовестно фальсифицируют выборы, мешают работать независимым наблюдателям, но на все жалобы никак не реагируют, либо дают отписки. Давайте вспомним больных муковисцидозом детей, на которые власти жалеют деньги, а на госдачи ежегодно выделяют сотни миллионов.

description

description

Все это часто остается без ответа, особенно когда дело касается коррупции. Именно здесь отсутствует тот самый честный и открытый диалог, о котором говорит Фаттахов. Мы давно пытаемся донести проблемы до власти и давно хотим диалога. Но в ответ получаем игнор. То, что сейчас говорит министр молодежи — вранье, и он это сам прекрасно понимает.

description

description

Этот вакуум создала сама власть, которая не готова открыто говорить о проблемах. Казанцы выходят на мирные митинги, чтобы достучаться до чиновников и выразить накопившееся недовольство, но вместо ответа Рустам Минниханов посылает к нам силовиков с дубинками.

description

description

Мы считаем, что татарстанцы имеют право на мирные акции, это тоже форма общения, к который власти должны прислушаться, а не разгонять и карать.